Необычное путешествие пана Кулиговского и пана Маловейского на расстрел и обратно...
Катынь – понятие символическое. И последние признаки этой символичности пришли из таких мест и от таких источников, которые в симпатиях к России заподозрить уж совсем трудно…
Одной из любимых тем разговоров в «клубе любителей Катыни» являются «массовые расстрелы политзаключенных в тюрьмах на территории Западной Украины». Рассуждают на эту тему часто, но постоянно испытывают проблемы с названием конкретных захоронений.
И вот – радость! В 2011 году возле Владимира-Волынского на территории городища «Валы» начались раскопки захоронения начала 1940-х. Причеё, проводили их археологи-поляки по заказу польского Совета охраны памяти борьбы и мученичества.
Галичанская общественность была в предвкушении: сейчас узнаем всю страшную правду… Однако когда отчёт о раскопках 2011-2012 годов был опубликован, у западенцев просто челюсти отвисли.
Оказалось, что массовые захоронения во Владимире-Волынском появились в результате деятельности нацистов. Установили это польские исследователи совершенно неопровержимо – по находкам в раскопах. Найденные ими в могилах гильзы имеют очень специфическую маркировку, говорящую о том, что произведены они в польском городе Скаржинско-Каменно, оказавшемся в 1939 году в немецкой части Польши – «генерал-губернаторстве». Ну, и время производства на этих польско-немецких гильзах значилось вполне определённое – 1941 год.
Стало быть, НКВД такими патронами пользоваться никак не мог.
Вопрос закрыт? Нет, не закрыт.
О своей самой интересной находке польские археологи предпочли особенно не распространяться – и понятно почему. А нашли они два польских номерных полицейских жетона. Сама по себе находка была бы не ах… если бы не номера на этих жетонах. Согласно данным польских архивов, один из них (№ 1441) принадлежал Юзефу Кулиговскому, а другой (№ 1099) Людвику Маловейскому.
Оба эти пана в 1939 году попали в плен к Красной Армии и зимой 1939-1940 годов их содержали в Осташковском лагере для военнопленных в нынешней Тверской области. А потом (если верить принятой со времён Горбачева версии «катынского дела») их из этого лагеря в соответствии с «решением Политбюро от 5 марта 1940» отправили «в распоряжение УНКВД по Калининской области». Документы об их перевозке из Осташкова в Калинин, кстати, имеются.
А потом, по официальной версии, всё было просто: всех без исключения «осташковских» поляков расстреляли в здании Калининского УНКВД, а трупы отвезли в окрестности села Медное, где и закопали. Теперь там мемориал жертвам «сталинского преступления». Красота…
И вот теперь вся эта стройная версия полетела к чертям: «расстрелянные» весной 1940 года сотрудниками НКВД польские полицейские вдруг обнаружились в массовом захоронении лета 1941, появившемся в результате «работы» нацистских зондеркоманд.
Ну, и чьими же после этого жертвами оказываются пан Кулиговский и пан Маловейский? Это вопрос неприятный, поэтому поляки на нём заморачиваться не стали.
Но то – поляки. А у российских историков-нонконформистов появилась еще одна зацепка, потянув за которую, можно будет со временем восстановить историческую правду – настоящую, а не «символическую». В том числе и о том, как панове опять оказались на Западной Украине. Уж во всяком случае не пешком они туда пришли...
Во всяком случае, сейчас уже определенно можно сказать, что фраза «отправить в распоряжение Калининского УНКВД» вовсе не является синонимом распоряжения «расстрелять». Кого-то могли отправить в лагерь, а кого-то и в места прежней деятельности для расследования её результатов. Так что «символика» Катыни с фактами никак не стыкуется, и фактов таких обнаруживается всё больше…
И было то дело тёмное, а теперь и совсем нахрен непонятки, кто ж кого мочил - то...
